Клубочек
Стихи Проза Фото Живопись Музыка Конкурсы Кафедра Золотые строки Публикации авторов Форум
О сайте
Контакты Очевидец Клубочек в лицах Поэтический словарь Вопросы и ответы Книга месяца Слава Царствия Твоего
Главная - Проза - Игорь_Муханов - Киммерийское лето Сергея Шелкового
Игорь_Муханов

Киммерийское лето Сергея Шелкового

    
    
    Открываешь любую книгу украинского поэта Сергея Шелкового, и подобно парубку Грицько – герою гоголевской повести «Сорочинская ярмарка» – попадаешь на праздник языка. Всё здесь дышит, живёт, пахнет арбузами и яблоками. А также тем алхимическим процессом, происходящим в сознании человека, который и производит новые сочетания слов.
    
    Мне рифма свяжет золотистый веник,
    чтоб вымести на Пасху скотный двор.
    
    Слова, которыми мы с вами пользуемся, просты, но лишь с точки зрения этимологии и словаря Ожегова. На самом же деле, подобно спиралям ДНК, они уходят в глубины существования, и на каком-то отрезке пути звучат «беззвучным звуком». Это звучание воспринимает тонкая организация поэта и переводит его с метафизического языка на физический, подобно переводу с украинского языка на русский. Так рождаются аллитерации.
    Обилие аллитераций в творчестве Сергея Шелкового не поддаётся подсчёту. Соприкасаясь друг с другом, слова производят такой же активный звук, какой производят флейты, валторны, барабаны и прочие музыкальные инструменты. Стихотворение Сергея Шелкового по мере его чтения движется не только во времени, но и в пространстве. Так движется духовой оркестр среди распустившихся лип провинциального городка в майские праздники.
    
    Цикады и сверчки – о, здравствуй, Моцарт милый!
    Летучие смычки – о, здравствуй, певчий дар!
    Какою нутряной, какой небесной силой
    отмечены, июль, бемоль твой и бекар?
    
    
     Поэт раздираем во время творчества многими желаниями. Например, желанием увлечься мыслью, войти в её тонкую структуру и быть выброшенным вместе с этой мыслью на берег логики. Или уйти в музыку, понятную только тебе. Или разрешиться стихотворением тем же биологическим путём, каким разрешаются в родильных домах роженицы. Само по себе это хорошо – прирост количества при современном дефиците поэзии нужен. Однако искусство для того и существует, чтобы находить для своего выражения новые пути. Отсюда и лезвие бритвы, по которому поэту нужно пройти, чтобы соприкоснуться с Настоящим Искусством.
    
     Мандарином повеял сочельник,
     снегопадом, смолою сосновой.
     Освежи свой подрамник, скудельник,
     белотканной хрустящей обновой.
     Замело на окраине хаты,
     заискрились морозом овчины.
     Славно жить – до последней растраты –
     в синем колере Духа и Сына!
    
     Простодушны, как буки и веди,
     а внутри – снегирёвого цвета,
     декабри, где лоснятся медведи,
     калачами свернувшись до лета.
     Ну а ты, мой художник колючий,
     на холстине колдуя-пророча,
     возжигаешь и вежи, и кручи
     за пространствами вьюжистой ночи.
    
    (Мастерская зимой)
    
    
     Поэзия Сергея Шелкового – это страна, единая с другими странами, в которой если и существуют заборы, то они валятся под первым же порывом ветра. И я, поклонник его поэзии, живу в его стране, как полноправный житель, хотя в физическом мире нас разделяют границы, паспорта и решения не слишком мудрых политиков. Отсюда и вытекает вселенская миссия искусства – спасти распятое на кресте раздоров человечество и сделать его по-настоящему счастливым.
    
     Калашник, Стечкин и Емеля с печки
     готовы в темноту с двух рук палить.
     Но мальчик-с-пальчик к захудалой речке
     опять приходит – «уточек кормить».
     Он дёргает за край одежды маму,
     которой чуть побольше двадцати...
     Безумец-ум гнетёт кардиограмму
     и хочет напрочь душу извести.
    
     Но мы с тобой останемся при детских,
     при утренних пристрастиях своих,
     при всех сердечных наших цацках-пецках,
     пока небесный стих совсем не стих.
     Пока не подвезли сполна патроны
     не помнящему страха «калашу»,
     по серой речке селезень зелёный, –
     живою тварью, радугой, иконой, –
     плывёт, искрясь, навстречу мальчишу...
    
     В творческих жилах поэта течёт философская кровь Григория Сковороды и поэтическая – Николая Гоголя. Последнему российская словесность обязана языком, который даже в прозе – поэт. Роль первого, Григория Сковороды, видна не сразу, но проявляет себя сплавом искусства и науки.
    Проверка гармонии алгеброй – признак современной жизни. Оба полушария работают в полную силу, обмениваясь квантами света и байтами информации. Слова и обороты многих языков мира входят в обиход современного поэта, обогащая его язык. Так новобранцы учатся чистить сапоги, вспоминая любовь и цветущие ночные сады, к которым крадутся их кроссовки. Вот что сказал по этому поводу сам Сергей Шелковый в одном из своих эссе: «Признаюсь, что незатейливая рифма «физики-лирики» давно уже вызывает у меня протест… думаю, что художественному творчеству только в помощь осознание мощной и своеобразной эстетики математических теорий».
     Как лирик-пейзажист, Сергей Шелковый принадлежит природе, имеющей циклическую структуру проявления. Цикличен и поэт. Один из циклов его стихов, самый, пожалуй, солнечный и воздушный, посвящён Крыму. Хочется в связи с этим сблизить стихи Шелкового с акварельными работами Максимилиана Волошина, хотя бы по общей им киммерийской тематике. Пусть вдохновляют друг друга, аукаются в тонких мирах!
    Стихи Шелкового богаты деталями, этнографичны и населены богами, пристёгнутыми картонными пуговицами к небесам. Их можно встретить в южных тавернах и пивных, и не молиться этим богам, а дышать запахом соли и морской рыбы, исходящим от их кожи.
     Творчество любого поэта, включая и Сергея Шелкового, имеет свои приливы и отливы. Отливы приносят ракушек и морских ежей, приливы – воду существования. С годами личность Сергея Шелкового всё более вытесняется из его стихов, уступая место окружающему. Поэта почти нет среди скал и деревьев, шумящих под ветром в его сегодняшних стихах. И в этом заключена мудрость ремесла, поскольку в отведённый природой час человек уходит, а деревья и скалы – остаются. И радуют новые поколения людей своей первозданностью.
     Киммерийская земля, с такой любовью воспетая поэтом, раскрывает свою красоту далеко не каждому человеку. Одному она открывается дверной щелью, другому – всем косяком. Чувствуется присутствие глубокой тайны в отношениях Сергея Шелкового и киммерийской земли. Возможно, поэт ходил по ней когда-то, оставляя греческими сандалиями следы на морском побережье. Его одежды украшали знаки купеческого отличия, а длинные волосы стягивал золотой ремешок… Древние греки верили, что душа человека переселяется в тела младенцев и живёт долгие столетия.
    
     Здесь волны шепчут имя Пифагора,
     шуршат «Анаксимандр, аквамарин»...
     Здесь нету слов для жалоб и укора,
     и круг пространства-времени един.
     И этот круг, живая эта сфера,
     верней, взаимопроницанье сфер,
     искрят то алой альфою Гомера,
     то опереньем весельных галер.
    
    (Киммерия)
    
     Стихи Сергея Шелкового хранят немало тайн. И кто начинает их открывать, и сам становится поэтом. Приобретает сенсорные способности и новые формы общения с окружающим. Так человек влияет на человека, и поэзия расходится кругами, достигая Курильских островов и третьих небес существования, придуманных богословами, писавшими оды мирозданью.
     Что же касается отношений Сергея Шелкового с просветлёнными существами, посещавшими время от времени нашу планету, то разногласий с ними ни разу не возникало. Эти существа единодушно утверждали, что когда командировка на Землю заканчивается и человек возвращается домой, в убранной цветами роще его встречают родственники и друзья, а также голограммы событий, игравших важную роль в его земной жизни. Сергею Шелковому в этом смысле повезёт больше, чем другим, поскольку его встретят множества земных отражений, запечатлённых в стихе, в том числе и киммерийские пейзажи. Они написаны его словом так живо и убедительно, что по праву могут соперничать со своими земными образцами. Именно в этом переносе предметов и явлений на другой план существования, а не в памятниках, которые человечество устанавливает своим кумирам на городских площадях, а по завершению цикла почитания равнодушно переливает на пушки, и заключается бессмертие поэта.
    
    
    
    Рисунок Максимилиана Волошина
    
    


    

    

Жанр: Эссе
Тематика: Об искусстве


© Copyright: Игорь_Муханов , 2016

предыдущее  следующее


Напишите свой комментарий.
Тема:
Текст*:
Логин* Пароль*

* - это поле не оставляйте пустым

16.07.2016 17:57:51    Ведущая раздела Клубочек в лицах Член Совета магистров Галина Булатова Отправить личное сообщение    *
Игорь, замечательная работа, богатое и щедрое эссе - именно такого и заслуживает поэт Сергей Шелковый! Спасибо!!!
     
 

16.07.2016 19:10:07    Игорь_Муханов Отправить личное сообщение    
Спасибо большое, Галина. Рад, что эссе улыбнулось :)
       

02.08.2016 15:10:49    Член Совета магистров Уваркина Ольга Отправить личное сообщение    
Вы написали такое "вкусное" эссе, что я, доселе незнакомая с творчеством Сергея Шёлкового, обязательно прочту его стихи.
     
 

03.08.2016 02:56:44    Игорь_Муханов Отправить личное сообщение    
Обязательно прочтите, Ольга. Спасибо!
       

Главная - Проза - Игорь_Муханов - Киммерийское лето Сергея Шелкового

Rambler's Top100
Copyright © 2003-2015
clubochek.ru