Клубочек
Стихи Проза Фото Живопись Музыка Конкурсы Кафедра Золотые строки Публикации авторов Форум
О сайте
Контакты Очевидец Клубочек в лицах Поэтический словарь Вопросы и ответы Книга месяца Слава Царствия Твоего
Главная - Проза - Александр Балтин - Ассоциативный мир
Александр Балтин

Ассоциативный мир

    Малыш со стороны детской площадки, размещённой в уютной низине между рослых, многоглазых, старых домов глядел во внутренний двор детского сада через решётку так жадно, что показалось, энергия его желания стала ощущаться другими малышами, игравшими в песочнице и скатывавшимися с горок – они остановились, и, как по команде, обернулись к нему.
    На него смотрело несколько пар, точно недоумевающих глаз.
    -Малыш, ты пойдёшь сюда осенью, - сказал отец, ощущая тонкую грусть, какая, бывало, накатывала элегичными осенними временами.
    А тридцать первого августа был дождливо-свинцовый, мокро-безответный день, и всё же, в один из коротких просветов, вышли с малышом, и когда подошли к решёткам пустующего пока детского сада, отец спросил:
    -Хочешь идти-то?
    -Дя! – радостно ответил малыш, и закивал так энергично, что золотистые локоны выбились из-под синей шапочки.
    Через семь дней он уже неделю ходил в этот обширный, от советских времён оставшийся, со сложным миром внутри детский сад.
    Космос сада – с играми и плачем, смехом и музыкой, танцами и спортивными занятиями, отказом от полдника и чьим-то неуёмным аппетитом – овально, либо продолговато входит в космос комнаты, где поутру, лежа на кровати видишь, как шестипалые листья пахиры наползают друг на друга, образуя крохотные тени-лодочки – каждая на соседнем листке, ибо подоконник залит солнцем – не таким палящим в сентябре, но медовым, тихим, ласковым; и листья купаются в изобилье этого света, тонко, как в бисер, играя тенями; а потом массивы ватных облаков лишают короткие тени жизни, и кажется, сумерки поторопились…
     Соседка с нижнего этажа принесла вчера вечером два пластиковых пакета грибов – как дохнуло из недр пакетов! Боровики были смешаны с подосиновиками, а подберёзовики широкими, мягкими, иногда чуть подпорченными червями шляпками закрывали крепенькие маленькие белые, чьи шляпки прочно, точно изготовленные из живого воска, приникали к ножкам.
    Соседка пришла с дочкой, к ним ходили когда-то в гости с малышком, и детки играли, носились друг за другом, а теперь девочка жалась в двери, не желала заходить, и вечер, точно окрашенный не зримыми цветовыми языками, немо, так заурядно-обычно, глядел на всех…
     Пакеты стояли на столе, и, вытаскивая и раскладывая на столешнице грибы, впитывал лесные ароматы – тягуче-великолепные, остро-живые, грустные, осенние…
    Мягкая плоть грибных шляпок легко прогибалась под пальцами, оставались ямки, испещрённость ножек чёрненькими прожилками представлялась суммой клинописных посланий от неведомого природного царя.
    …в детстве не сказали, что приедет двоюродный брат – чтобы пошёл на школьный огонёк, которые любил вообще, но с братом, жившим в Калуге, дружили так сильно, что отказался бы идти наверняка, и когда вернулся, мама сказала: Сюрприз для тебя!
    И подумалось, подарят модельку машинки, какими болел тогда, и вошёл в тёмную комнату, зажёг свет, брызнувший жидким янтарём, и брат вскочил, воскликнув: Сюрприз! – улыбаясь…
    Линии памяти, искривлённые ассоциациями – или усложнённые ими…
    С братом столько раз ходили за грибами! Как любил тишайшую эту охоту, и ароматы грибов, и лесные тропки, чья сумма была не проще ассоциативного мира сознанья…
     Однажды у Оки на пикнике взрослых, поев кое-как – а снеди на пёстрой подстилке было разложено предовольно – помчался к реке: текущей неподвижно-серо, мощно, казавшейся совершенно спокойно, и такой бурно-тяжёлой внутри (а тёмное нутро её заполнено усатыми сомами, и мелкозубыми, острохваткими щуками, плотными, золотистыми карасями и лупоглазыми пескарями, плоскими, как блюдо, лещами, и синцами размером с ладонь, такими костлявыми, что сложно есть их, несмотря на вкуснейшее, благоухающее мясо), побежал к реке, и, чтобы лучше видеть, забрался на массивный, лобастый камень, а нога поехала вниз, и стопа воткнулась в стеклянную розу бутылки.
     Кричал, кровь хлестала, взрослые бежали к нему, а везли или нет в больницу – не вспомнить уже.
    Везли – когда сорвалась люстра: праздник ли домашний был? просто вечер? Но читал стихи, стоя на стуле, эмоционально жестикулировал, и нечто испортилось в потолочном устройстве, и люстра сорвалась на тебя… Помнишь, - как сквозь марево лет – мчащая «скорая помощь», взгляд, заливаемый кровью, склоняющихся к тебе врачей… Ничего, обошлось…
     Очищая маленькую протоку у Оки, тащил за собой хвосты водорослей – выдирал их, выбирал, шёл вперёд, тащил, воображая себя не то пиратом, не то исследователем нового, и серая вода под солнцем вспыхивала церковной парчой…
    Грибы в пакетах на столе.
    Малыш, неделю ходящий в сад.
    Янтарные узоры и разводы памяти, с впечатанными в них кристалликами ассоциаций…
    Переусложнённый мир можно и воспринимать только так – переусложнённо.
    
    


    

    

Жанр: Рассказ


предыдущее  следующее


Напишите свой комментарий.
Тема:
Текст*:
Логин* Пароль*

* - это поле не оставляйте пустым


Главная - Проза - Александр Балтин - Ассоциативный мир

Rambler's Top100
Copyright © 2003-2015
clubochek.ru