Клубочек
Стихи Проза Фото Живопись Музыка Конкурсы Кафедра Золотые строки Публикации авторов Форум
О сайте
Контакты Очевидец Клубочек в лицах Поэтический словарь Вопросы и ответы Книга месяца Слава Царствия Твоего
Главная - Проза - Александр Балтин - Несколько ипостасей
Александр Балтин

Несколько ипостасей

    В каждом человеке – в его внутреннем, потаённом устройстве – несколько ипостасей; взрослый, даже пожилой мужчина, внутренне – начитанный ребёнок, идущий с мамою по бульвару, рассуждающий о Боге, о своих путях… думалось ко, а оказалось – в пустоту…
     Мама, не смотря на 80 лет, бодра и деятельна, она знает, что сын талантлив, он много печатается, но…
     Всякие «но» могут мерцать, переливаться, плавиться в сознанье, а что у пожилого сына – малыш, так ей – маме – будто второй сынок…
     С невесткой отношения банальны, то есть никаких, и сегодня, после отъезда её и внучка на дачу, решили пройтись, и сын, говоривший сначала о поэзии, потом о богоискательстве увлёкся, рассуждал чрезмерно эмоционально; и почти не заметили, как вошли в свой двор, где знаком каждый тополь, каждый участок, заросший травой, каждый…
    -Здрасте, - вялый шелест слышится снизу.
    -Маша, ты? – восклицает отец…
    -Машенька, ты приехала? – это уже мать.
    -Андрюша тебя каждый день вспоминает. Когда приехала?
    Маша – девятилетняя девочка, с которой так сдружился малышок, уезжала на целое лето: сначала с мамой в Тунис, потом к бабушке с дедушкой, в Кемерово; очень подвижная, шустрая, милая, всегда весёлая девчушка, кажется потемневшей, и донельзя грустной.
    Она шепчет:
    -У меня мама умерла.
    Остолбенение взрослых проходит быстро, и если сын, почти проглотил своё «как», не зная, что ещё спросить, то мама, приобняв Машу, говорит:
    -Пойдём к нам деточка. Пойдём. Чаю попьёшь, мультики посмотришь.
    …она была в гостях у малыша, и сборка конструктора мешалась с построением железной дороги, потом всё отодвигалось настольным футболом, потом бабушка кормила детей ужином, а когда позвонила её мама – отцу на мобильной – время уже переваливало за девять…
     Пошёл провожать, хоть и жила в соседнем доме, но всё же поздно, а мама уже ждала у подъезда, видел в первый раз её: худенькая женщина-подросток, какую Маша называла Мами; потом девочка рассказывала, что маме 36, что папа в Новосибирске с другой семьёй, а они живут в Москве год…
     Это было в начале мае.
     В конце августа идут втроём домой.
     Они поднимаются на лифте, входят в квартиру; отец мальчишки не зная, что сказать, предлагает Маше яблок: жене подарили ящик, и вот он – стоит в комнате: плоды крутобоки, ароматны. Маша выбирает антоновку, потом идут на кухню, девочка, забравшись на табурет, начинает хрустеть, одновременно рассказывая кусками – и о поездках, и о маме…
     Мама слушает про маму, пока сын, отец, поэт пишет жене эсэмэс: У Маши умерла мама.
     Слоится всё.
    С Женечкой общалась жена, жена отвечающая: Откуда информация? И через какое-то время пишущая, что созвонилась с отцом: Женечка погибла под мотоциклом в начале августа, с Машей приехали вчера, уезжают во вторник, то есть через четыре дня.
     Переписываются какое-то время, а Маша, уже в комнате, смотрит мультики по компьютеру: в Москве, на съёмной квартире нет.
     Отец мальчишки лежит на диване, отправляя письма жене, вспоминая…
     Зима, финал декабря, детки, с какими играл мальчишка, разъехались, осталась Маша. Они лепят снежную крепость, используя снеголеп, они веселятся…
     Ходили в соседний двор, где на стену за гаражами намерзали целые хребты сосулек: А мы пойдём в сосулечный сад? -спрашивала Маша.
     И шли, и набирали роскошных сосулек, несли домой, и таяли они в ванной, переливаясь радужно.
     Потом была весна, и бегали – дети на самокатах, он, отец, едва поспевал за ними, по разным площадкам, искали, где поинтересней конструкции; дети забирались, кричали: Смотри! Смотрите! Дети предлагали играть в салочки, в догонялки, и носился с ними, уставая, улыбаясь…
     Потом Маша уехала.
     Малыш спрашивал о ней чуть не каждый день – отвечал, гадая, как объяснить про время, когда вернётся; а самого томило чувство – переедут, наверно, не будут здесь больше жить…
     Но такой жути не предполагал.
     Маша смотрит японский мультик, приходит бабушка, и девочка, будто оживая, говоря о маме, как о живой, рассказывает про Тунис, пляж, экзотических животных…
     Август распускает павлиний хвост заката, Маше пора, и хотя дом соседний – надо, как весной, проводить.
     Они идут вдвоём, Маша слегка покачивает фиолетовым, прозрачным пакетом с несколькими яблоками и йогуртом: вспомнилось – любила, предложил.
     И говорит, прощаясь:
    -Маш, скучно будет последние дни в Москве, звони, мультики приходи смотреть.
    -Хорошо, - отвечает ребёнок, потерявший мать. И бредёт к подъезду.
    …пожилой человек идёт прогуляться по знакомым, исхоженным, вечереющим улицам.
    Он идёт, думая, что его предположение о мире, как об эксперименте – достаточно жестоком – не лишено печальной уместности.
    Он думает тяжело, мрачно, и в то же время, как-то прозрачно – от случившегося, страшного, трагичного.
     Он думает, как будет объяснять малышу, что больше не погулять с Машей.
     Он пытается представить творящееся в душе девятилетней девочки, но представляются только густо-багровые тона.
     Уже почти темно, реклама пестреет, огненный её всадник мчится над головами; плавные, большие рыбы трамваев проплывают, и люди идут, идут: течёт густейшая, пёстрая людская плазма; и у каждой капли её во внутреннем устройстве есть как минимум несколько ипостасей…
    
    
    
    
    
    
    
    
    
    
    
    
    


    

    

Жанр: Рассказ


предыдущее  следующее


Напишите свой комментарий.
Тема:
Текст*:
Логин* Пароль*

* - это поле не оставляйте пустым


Главная - Проза - Александр Балтин - Несколько ипостасей

Rambler's Top100
Copyright © 2003-2015
clubochek.ru