Клубочек
Стихи Проза Фото Живопись Музыка Конкурсы Кафедра Золотые строки Публикации авторов Форум
О сайте
Контакты Очевидец Клубочек в лицах Поэтический словарь Вопросы и ответы Книга месяца Слава Царствия Твоего
Главная - Проза - Александр Балтин - Мистика поэзии - поэзия мистики
Александр Балтин

Мистика поэзии - поэзия мистики

     1
    ПОЭМЫ ПРОПОВЕДЕЙ
    Поэзия многообразна: она пропитывает жизни те, и эти, а жизнь, устремлённая в запредельность, никак не может обойтись без неё -
    Если вообще не является производным от глобальной поэзии космоса, с которой мы сталкивается чуть-чуть, да и то – наиболее чувствительные из нас.
    Дух Альберта Великого царил в доминиканской и кёльнской школах в период, когда Экхарт, уже вступивший в орден доминиканцев, учился там, а после читал лекции, хотя где точно – не сохранила биография; и был затем назначен приором.
    Беседы с монастырской братией во время трапез превратятся в одну из его книг; а во время бесед этих он учит отличать существенное от наносного.
    Биография его размывается – возможно, по изначальному замыслу, она не должна была сохраниться вовсе: чтобы ярче сияли поэмы его проповедей…
     По дорогам, в телегах с грубыми, сплошными колесами, Экхарт много ездил по Германии, занимая разные лекторские должности, получая бакалавра, лиценциата…
     Разнообразные связи Экхарта не раз подвергались расследованию, но поводом к оному служили вероятнее всего не они, а корень его учения, согласно которому присутствие Бога наличествует во всём существующем.
     Задумывающий папа упирался в тупик, и вновь возобновлял дело против Экхарта, чья поэзия была столь же иносказательна, сколь и конкретна.
     Впрочем, стихов – в прямом смысле слова он не писал.
     Но интенсивный окрас его проповедей и книг построен именно поэтически: с максимальной плотностью: ибо поэзия прежде всего концентрация – неведомого, сущностного, очень сложного.
     И Экхарт читал иную проповедь медной кружке, ибо собор пустовал; ибо напластования аллегорий и иносказаний в его речах были слишком чреваты для всякого живущего чревом, и отрицающего собой поэзию: пока Бог, одна из бессчётных ипостасей которого именно поэтическая, присутствует и в нём, к Богу равнодушном…
    
     2
    …БЕЗ РИФМ И РАЗМЕРОВ
    На средненидерландском языке Рёйсбрук писал менее охотно, ибо грубоватое, больше пригодное для торговли и войны, звучание не позволяла пропитать нежностью каждый абзац предполагаемого текста.
    Поэтому более подходила латынь: сияющая великолепием своих периодов, она позволяла говорить о главном красиво и торжественно.
    …Рёйсбрук родился в деревне, сбежал из дома, воспитывался дядей – простенькая канва жизни человека, поступившего в монастырь, чтобы уже не выйти оттуда.
     Свод жизни Рёйсбрука в его сочинениях: и в конкретном и жёстком порицании пустой обрядности и хронического ханжества церковников; и в пышном словесном розарии, посвящённом обустройству монастыря наподобие евангельского братства.
    Монахи – пчёлы, и должны они вырабатывать духовный мёд, сладкий, как богослужебное деяние…
     Сладкие, пропахшие нежной древесиной мысли, трактаты Великолепного – или Удивительного, как прозвали Рёйсброка.
     Чудная, таинственная поэзия: без рифм и размеров…
    
     3
    ХРУСТАЛЬНЫЕ ЛЕСТНИЦЫ
    …учился сапожному делу и путешествовал, как подмастерье.
    Первый опыт ещё не знакомого ему контакта, Якоб Бёме испытал в двадцать пять лет, глядя в оловянную вазу, озарённую солнечным светом: но шутка перевода исказила сущность вглядывания: ибо под вазой имелся в виду человек: сосуд, наполненный разной разностью, и именно в себя был вынужден вглядеться Бёме.
    …ибо сердце вибрирует, впитывая рифмы высших ипостасей бытия; и первая же известность трактата Бёме отправила его под стражу: тевтонский мыслитель казался очевидным еретиком.
    Он был отпущен, изгнан из города, хотя в последствие ему предложили вернуться…
     Он описывает хрустальные лестницы подъёмов и парение ангельской зари, чьи розоватые крылья вполне воплощены – для него.
     Он ткёт поэзию такую сложную, исполненную столькими символами, что захватывает дух.
     Итак, он тоже – сапожник и духовидец Якоб Бёме – входит под светящиеся своды поэзии, чтобы уже остаться под ними, пока прекрасные лестницы не поведут его выше…
    
     4
    ВИНОГРАД АРЕОПАГИТИКИ
    Изучал астрономию я Египте, в городе Гелиополь; был учеником апостола Павла: писавшего про любовь, но круто цементировавшего общины страхом выпасть из них…
    Легенды хитро переплетаются, обрастают подробностями в житиях.
     Дионисий Ареопагит посещает Рим, а после казни апостолов – тень Нерона вступает в игру – выходит на проповедь: должно быть, мощно звучащую.
    Или косноязычно, что совершенно не важно.
    Поэзия жития бледнеет перед сочной поэзиею Ареопагитик.
    …виноград и жимолость богословия! Пласты трактатов, сверкающие драгоценной рудой созвучий!
    Всё иерархично, как подсказывает опыт: порою совсем не лучший, однако единственный подсказчик, и небесное устройство не исключение: вернее – не исключение юдоль, просто отражающая миры иные.
    …параллельные, астральные, переливающиеся павлиньими хвостами смыслов, звучащие такими стихами, такой поэзией, которую не представить, ибо лишь слабые отзвуки её отражаются в мистических сочинениях…
    
     5
    ОРГАНЫ СВЕДЕНБОРГА
    Учёный, сделавший не мало, бюргер по образу жизни, первое видение переживший в уютном пределе ресторана, когда, увлечённый избыточной едой, услышал: Не ешь так много…
     Не раз потом до прислуги доносились голоса, хотя чётко было известно, что Сведенборг в кабинете один.
     Толкование священных текстов требовало изрядного познания математики, этой сестры поэзии; а описание потусторонних пространств шло через божественный глагол не в меньшей мере, чем он был открыт, скажем, Гёте.
     Сведенборг постигал новые и новые детали потусторонности, и видно было, ощущалось, чувствовалось, что они родные ему, как предметы быта собственного жилища.
     Сады – и выжженные, как пустыни, города, где в серых и чёрных строениях все интригуют против всех: но так только они и могут существовать, иное было бы для них адом.
    Живущие в аду не замечают его, свершив свой выбор, однозначность которого не поражает никого.
     Органы слышатся за изобильными трудами Сведенборга: органы поэзии, выше которой нет…
    
    
     6
    СЛАВНЫЙ СЛАДКОПЕВЕЦ
    Вытолкнутый на амвон храма Роман, не смог петь: богомольцы, заполнявшие все пределы, смущали его, и жалкий лепет, тёкший с побледневших уст, не свидетельствовал в пользу будущих тысяч молитв…
     Тем не менее, они возникли: сладкие и сочные молитвословия Романа Сладкопевца; они, исполненные таинственных вибраций, ведущие поющего кругами поднимающегося ко счастья лабиринта, звучат и звучат, суля только мёд – духовного свойства; только умиление: такой силы, что даже каменное сердце растекается нежно…
     Роман Сладкопевец, возглавляющий хоры ангелов там, где иначе работают причинно-следственные связи, продолжает ткать роскошные звуковые полотна, и смыслы, которыми соединяет отдельные нити, не доступны нам, оставшимся с ароматными каталогами его молитв.
    
    
    
     7
    ТИХОЕ ТОРЖЕСТВО ТЕРЕЗЫ АВИЛЬСКОЙ
    Тереза была весьма богата, и состояла в родстве со многими благороднейшими домами Кастилии.
     О, резная, мавританская, каменная, благоухающая Испания! Пышное великолепие нарядов, истовость молитв, золотое содержимое древних, плечистых соборов! Лепная небесная синь, выкипающая в пламени солнца…
     Впечатлительной и набожной Тереза была с раннего, розоватых оттенков, детства; в шесть лет она выучилась читать.
     Однажды вместе с братом Родриго сбежала из дома, дабы в мусульманских странах проповедовать слово Христово: ибо любимыми её книгами были жития святых. Маленьких беглецов быстро вернули, но Тереза убежит из дома ещё раз, когда каменная воля отца преградит столь желанный путь к монашеству: Тереза поступит в монастырь, где тяжело заболеет, и вернётся умирать домой, однако, оправится, и снова волны кармелиток примут её, чья дальнейшая жизнь будет посвящена реформированию монастырей и написанию книг.
    Такова канва её бытия.
    Внутренняя сущность которого раскрывается в книгах: как открываются небесные цветы видений, и духовные поля принимают астральных путников, способных вместить содержание, превосходящее возможности обычной человеческой души.
    Есть портрет кисти Рубенса: на нём лицо Терезы будто бутон: точно многие состояния свёрнуты, и весь опыт не может быть передан ни книгами, ни словами вообще…
    
    
    
    
    
    
    
    
    
    
    
    
    
    
    
    


    

    

Жанр: Не относится к перечисленному


предыдущее  следующее


Напишите свой комментарий.
Тема:
Текст*:
Логин* Пароль*

* - это поле не оставляйте пустым


Главная - Проза - Александр Балтин - Мистика поэзии - поэзия мистики

Rambler's Top100
Copyright © 2003-2015
clubochek.ru